Хамид Хоссейни, председатель Союза экспортёров нефти, газа и нефтепродуктов, рассказал FT, что Иран планирует брать сбор с танкеров, проходящих через Ормузский пролив. И платить просят не фиатами, а биткоином.
Сумма — $1 за баррель. Это, по словам чиновника, составит 80–100% от стоимости самого барреля. Логика Тегерана проста: крипту сложнее отследить, а активы не получится заморозить санкциями.
Но механизм контроля будет жестким. Перевозчикам придется передавать спецслужбам полную информацию о грузе. Координация предполагается тесная.
Пока всё это — планы. Поток судов по проливу ограничен, и гарантии безопасности Иран не дает. Ссылаются на политическую ситуацию и нерешенные вопросы с США и Израилем в рамках договоренностей о прекращении огня.
Хамид Хоссейни, председатель Союза экспортёров нефти, газа и нефтепродуктов, рассказал FT, что Иран планирует брать сбор с танкеров, проходящих через Ормузский пролив. И платить просят не фиатами, а биткоином.
Сумма — $1 за баррель. Это, по словам чиновника, составит 80–100% от стоимости самого барреля. Логика Тегерана проста: крипту сложнее отследить, а активы не получится заморозить санкциями.
Но механизм контроля будет жестким. Перевозчикам придется передавать спецслужбам полную информацию о грузе. Координация предполагается тесная.
Пока всё это — планы. Поток судов по проливу ограничен, и гарантии безопасности Иран не дает. Ссылаются на политическую ситуацию и нерешенные вопросы с США и Израилем в рамках договоренностей о прекращении огня.