Конституционный суд наконец-то взялся за дело, которое висит над головами всех, кто хоть раз держал в кошельке USDT. Суть проста, но больна: москвич Дмитрий Тимченко (в тексте мелькает и Ткаченко, видимо, опечатка в источнике, но суть одна) купил на свои 1000 USDT, отдал партнеру «покрутить» на разнице курсов. Партнер деньги не вернул.
Казалось бы, иди в суд, взыскивай долг. Но суды трех инстанций ему отказали. Аргумент железобетонный: ты не сообщил государству, что владеешь этим активом. Ссылка на закон о ЦФА — там написано, что защита прав на криптоактивы возможна только при условии информирования властей. Проблема в том, что механизма для этого информирования в стране просто нет. Никто не регламентировал, куда и как писать. Тимченко и подал в КС, указывая на эту абсурдную петлю: право есть, но воспользоваться им нельзя, потому что процедура отсутствует.
Но тут в дело вступает Андрей Тугарин из GMT Legal, и он поднимает вопрос поинтереснее. Суть спора — это долговое обязательство между физлицами. Чтобы применить ту самую статью 14 закона 259-ФЗ (которую и оспаривают), нужно сначала понять: а USDT — это вообще цифровая валюта?
По закону у цифровой валюты нет обязанного лица. А у USDT эмитент есть, он конкретный, находится в недружественной юрисдикции, и ЦБ об этом не раз заявлял. Тугарин считает, что ответ КС будет отрицательным: USDT — не цифровая валюта.
Если суд так решит, это будет не просто прецедент, а разрыв шаблона. Сейчас правовой статус USDT в РФ — серая зона. Если КС скажет «нет, это не ЦВ», то все ограничения и запреты, которые мы применяем к цифровой валюте, перестанут работать для стейблкоина. В мире USDT уже давно используют как способ расчета, почти как платежное средство. У нас же регулятору придется срочно латать дыры и придумывать новый статус, потому что старый просто не приклеится.
Решение вынесут на закрытом заседании через несколько недель. Ждать стоит, от этого зависит, можно ли вообще судиться по долгам в стейблкоинах или придется продолжать играть в прятки с законом.